Пока конь пил, Джаг внимательно осмотрелся. Это место ему понравилось, к тому же, казалось маловероятным, чтобы кто-то мог устроить здесь засаду, надеясь подстеречь случайных путников. Конечно, пришлось проделать длинный и трудный путь, но ведь дорога была безопасной, а для Джага время не играло большой роли. Если уж ты решил идти куда глаза глядят, то два лишних часа для тебя ничего не должны значить. Лучше потерять пару часов, если это снижает риск нарваться на неприятности. Конечно, будь Джаг один, он ни за что не пошел бы в обход, но теперь он отвечал за ребенка, хотя Энджел, похоже, вообще не испытывал к нему никаких чувств.

Солнце было уже высоко, и Джаг решил немного подкрепиться и накормить Энджела. Джаг нарезал сушеное мясо белки, смешал его с пригоршней орехов и начал кормить мальчика, пользуясь лезвием ножа, словно ложкой. Вскоре Джаг заметил, что Энджел нервничает: он непрерывно вертел головой. Это быстро надоело Джагу:

– Давай, давай! Сейчас ты разрежешь себе рот от уха до уха. Вот тогда ты, может быть, заговоришь, потому что у слов будет больше места и им будет легче вырваться из тебя. Правда, может, ты считаешь меня недостойным собеседником?

Ребенок, по традиции, молчал, и Джаг, который уже привык к такому поведению мальчика, быстро вымыл посуду. Сам он не очень-то сильно хотел есть, да и поведение Энджела перебило ему аппетит.

Они поехали дальше, перебрались через яркую долину, где росли пурпурная гречавка, лютики, низкорослый львинохвостый мак, лавровые деревья, анафалисы и сольданеллы.

Постепенно долина стала совсем ровной, и каменистая почва сменилась потрескавшейся красной землей, на которой ничего не росло. Это место было похоже на настоящую пустыню, и у Джага возникло ощущение, будто он попал в пекло.